Рубрика Поэзия

Пора, мой друг, пора!

(не помнит и не просит)

покой неукротим,

знакомым все равно.

На раненой листве уже вторая проседь

искрится и горит, как оптоволокно.

Пора, мой друг, пора:

горячих круассанов,

горячечных забав,

горчичных свитеров.

Я помню о тебе. Просторно и пространно.

Я помню о тебе в нелучшем из миров.

И желтые цветы в…

Никто не уйдет обиженным.
Никто не уйдет живым.
За движимым и недвижимым
останется только дым.

Трамваем по скользкой мороси.
Слезой ледяной слюды.
Останется только поросль
из диких и молодых.

Иди же, ревнуй Вселенную,
наследуй по мелочам.
За тленными и нетленными
пусти по следам печаль.

В Саратове, в Риме, в Болдине
учись разводить пожар.
Никто…

Родной Вуди Аллен! Пишу тебе из предместья.
Здесь ели сутулы, как фрукты на мокром тесте.

Здесь сон убегает, снежинки собрав в корзину.
Здесь лучший асфальт от почты до магазина.

Никто не смотрел беднягу Антониони,
зато из окна заливы, как на ладони.

И в принципе можно жить-не тужить со всеми,
но матрица сдохла ошибка, наверно, в схеме.…

Заберу — и ознобом вышью.
Попадем — расстреляют всех.
Почему ты меня, Всевышний,

Почему телефоны воют,
как дельфины в немой гранит?
В мертвом сердце как в Мертвом море:
до сих пор тишина гремит.

не ослабили свой нажим.
Потому что лишь время — гибнет.
Потому что лишь ночь — бежит.

кто в пожаре сберег огни.
Ненави…Ненави… Не помни!
и,…

О, не выходи из комнаты, не вызывай… Ты вышел.

Почувствуй себя бракованным, бессмысленным, смелым, лишним.

Почувствуй, как день сутулится, как свитер оброс оленями.

Ты в общем-то не Кустурица, зачем тебе ждать прозрения?

Ты пишешься так, как слышишься. Вселенная ждет, немая,

хоть Курта, хоть Сида Вишеса, хоть — молодого Мао.

Усталым,…

24 ноября 2012
(редакция от 05.02.2016)

Не ломай головы, говорила Антуанетта,
предлагая бриоши бунтовщикам безусым.
Зимним вечером в Ялте…
(поздним уже в Сорренто)
неизвестный бармен прихлебывал белый_русский.

Мне хотелось представить тебя молодым джедаем,
сделать группу с названием сочным, как Piggy Jazz.
Наша долгая жизнь потихоньку летит и…

Когда ты не умер не было никого.

Ни дна, ни покрышки, ни зернышка одного.

Ни рыбок, ни солнца, ни стаек из теплых тел.

Когда ты не умер каждый уйти успел.

Теперь ты лежишь и думаешь:

умереть

так одиноко,

так бесполезно,

ведь

есть еще птицы, бабочки, корабли,

есть еще ливни, белые, как налив,

есть еще Бродский,

выпитый,

весь в…

То ли Vogue, то ли век.

Упадем, упадем

на резиновый снег

под холодным огнем.

Зажимая в руках

неотбеленный холст,

мы увидим, что страх —

это то, что сбылось.

Мы запомним лишь тех,

кто летать обречет.

То ли бог, то ли смех,

то ли пули расчет.

Пустяки. Перебой.

Утомляет слегка.

То любовь, то люголь,

то на горле строка.

И летят голоса, что птицы с твоих карнизов.
Мир суров, как Суворов.
Как Пушкин на полотне.
Не печалься, котенок,
ты тоже не будешь издан,
потому что героев — не издают вдвойне.

Потому что герои — плывут и плывут наружу,
как вексель под жабрами скапливая века.
И если ты
— болен
— жалок
— смешон
— не нужен
то в этом есть скрытый смысл.
Наверняка.…

И мой браслет,

и слез собачьих блеск,

и осени божественная лажа.

Звони.

Звени.

Я уношу свой крест,

как тайну неглубокого корсажа.

Звони-звени!

Оливки.

Фонари.

«Всё по 15».

Барышни в балетках.

Когда уйдут все наши корабли,

на океан наклеят этикетки.

И разольют мой город по холмам,

по пузырькам для моложавых пальцев.

Когда уйдут…