«Не ломай головы», — говорила Антуанетта,
предлагая бриоши бунтовщикам безусым.
Зимним вечером в Ялте…
(поздним уже в Сорренто)
неизвестный бармен прихлебывал белый русский.
Мне хотелось представить тебя молодым джедаем,
сделать группу с названием сочным, как Piggy Jazz.
Наша долгая жизнь потихоньку летит и тает,
как советских республик густой золотой запас.
Кое-кто оженел, кое-кто перестал томиться,
кто-то ищет лицо, кое-кто не терял лица.
А разгадка одна. Через несколько лет мне тридцать,
и это бессмысленно в принципе отрицать.
И это обыденность:
проза,
ружье,
больница,
обеды по средам,
поклонников хилый зал.
Никто не умрет. Мне исполнится ровно тридцать.
Да здравствует революция!
Точка.
Залп.
