Рубрика 2000-е

…А лица деревьев казались бритыми.
Я шла в одиночку, расправив Авеля.
Победа краснела своими битвами,
которые мы за собой оставили.

Я шла в одиночку. Карманный памятник
ужасно гордился своим величием.
И падало — небо, и звезды — камедью
стекали в асфальтное безразличие.

Я шла — босиком, тишиной, бульварами.
Считала осины своими кольями.
С какой бы я радостью проиграла вам,
когда бы вы это
— хоть раз —
позволили.

Коллекционер: коллекция мер,
коллекция нервов — чтоб не было рваных! —
коллекция Любочек, Надечек, Вер
и даже кого-нибудь из иностранных.

Коллекция-«да».Коллекция-«нет».
Коллекция — родинок, бюстов, морщинок.
Вы думали, буду одной из монет?
Одной из бесчисленно-равно-витринных?

Вы думали — буду.
Коллекция скверн
пополнится вами, как…

И тон был резок, и вечер — резкий.
Оба охрипшие — тот и другой.
Путались звезды, как занавески,
падая в окна живой водой.

Вы говорили:
пора расстаться.
Суп — пересолен, слова — горьки.
Перечисляли, как строчки в святцах
пробы, погрешности и грехи.

Вы говорили что-то про Таллинн,
про колокольчики и пути.
И тон был резок, и взгляд раздавлен,
и мне хотелось от вас уйти.

Позже,
на «я» отыскав певицу,
губы скользили , как замш в снегу.
Я вытирала ваши ресницы
и на «люблю» отвечала «угу».

И улицы липнут, как пух на губах Птицелова.

Ты только молчи, если будут меня убивать.

Наличие Смерти

дороже

наличия

Слова.

Кто раньше стрелялся — в себя продолжает стрелять.

Кто брал твой почтовый,

тебе безразличен,

как паспорт.

У времени наста

есть ценное свойство — «опять».

Все прочие свойства работают только по красным.

И улицы —…

Лимоны!— ЛИ.
Лимоны!—МО.
А где-то —
Гана, Лима, Персия.
В кармане денег на лимон,
а хочется —
десяток персиков.

Лимоны — в.
Лимоны — на.
От кислоты
хоть вой, хоть вешайся.
Любви лимонная страна
распродает последних беженцев.

Лимоны — под.
Лимоны — над.
Кислы слова —твоею помощью.
Я так ждала,
что ты луна.
А ты желтел
обычным…

Меня расстреляли вчера на рассвете.
Под хохот Валенсий,
под храп Андалузий.
Меня расстреляли.
Но может ли ветер
погибнуть,
картечью заправленный в узел?

Меня расстреляли.
У края сарая.
Как позже Гевару.
И в тридцать шестом
земля закачалась и,
пальцы ломая,
заплакала мелко
раздробленным ртом.

Меня расстреляли.
Но разве не знали,
что песню не…

Смерти нет.
Я почти уверена.
Её всю разменяли по мелочи.
Благородные,
чистые мерины!
Мелколюдие! Мелкотарелочье!

Смертинет!
Да с чего и взяться ей?
Даже Ленин теперь формалиновый!
Вырастает бессмертная нация
Интернетовых-и-Бензиновых.

Смерти нет
Безымяней вымени,
как саркома,
растет население.
Палачи и пророки вымерли.
Междулюдие.
Междувременье.

Здесь холодно. И бреющий полет
день начинает только с середины.
Весна, ладошки вымазав о лед,
тихонько плачет. Сгорбленную спину

пророчат лампа, кресло и тетрадь…
А где-то, в глубине седых Америк,
жизнь повернулась и бежала вспять,
в свою обыкновенность не поверив.

Там пили грог, жевали сухари,
кормой зубрили кряжистые фьорды.
И неба не хватало…

Давайте строить глобальный рай:
вместо алмазов — накормим стеклами.
И будет Ева.
И будет Кай.
— Проснемся умненькими животными.

И будет небо — конечно, семь.
И будет счастье — косить-не-выкосить.
И дальше векапродлится день,
Так — что его не успеют выносить.

И будет корма — хоть завались,
И будет водки — до белой тошности.
Давайте Шарику строить…