Водянистей водянистого,
чтоб присниться дураку,
дождик серенький посвистывал
недоребрием в боку.
Лужа в небо смотрит лошадью,
от весны произошед.
Дождик кажется хорошим ей,
потому что ливня нет.
Улизнёт мокропогодица
над Вероной моросить.
К сожалению, не водятся
в лужах принцы-караси.
Из-под стёклышка столового,
каблуком рассечено,
на Москву…
Step by step, мне говорили,
стук-постук.
Выпускай себя, родимую, из рук.
Ты же мячик, ты же датчик,
пой да пей.
Полюби литературу, ей-же-ей.
Век живи, пощада будет, век учись.
Для чего мне ваша стёганая жизнь?
Я могу и без соседей — кхе-кхе-кхе —
аскорбинкой на крахмальном языке.
Я могу и без знакомых — пей да вой —
выходить по млечным улицам в…
Поэзия есть Босх. Не смей в неё линять.
А если и сбежишь, не притворяйся зрячим.
Я маленькая мышь, в кармане у меня
собачий поводок, растерянность и мячик.
Поверх пальто горит (я слабый, слабый, слаб…)
Всей пятерней держу вдруг лёгкое задето
Поэзия есть хруст, и храбрость, и нахрап,
а я ни полстроки не понимаю в этом.
Чей красный сапожок…
Разве страшно? Нет, не страшно.
Уплывают дни-мальки.
Вон плывет фрегат бумажный
по окраинам реки.
Белой накипью окутан,
рыжий шлёпанец плывёт.
Заживёт во мне минута,
до секунды заживёт.
Всё — теченье, всё — обмолвка,
Всё — ведомая рука.
Облаков седая горка,
пустырей окорока.
Спи, клянись многоэтажно,
проклинай, на чём стоишь.
Мне не страшно,…
Прошлись парадом, молотком,
рассеялись вдали.
Бумажный сад, бумажный дом
тихонько подожгли.
Дымят блокноты-журавли
крестьяне жгут корчму!
Вдавили в глину и прошли
по телу моему.
Глухим брыкаюсь горбунком —
огонь, не тронь меня.
Бумажный сад, бумажный дом,
бумажная резня.
Так жрут халву, так рвут листву,
так состригают мех.
Я про-рас-ту, я…
Рагнареком, имяреком,
именем реки,
прошлогодним первоснегом
клялся Арлекин.
Не забуду, Синевласка,
дуру-туру-ту.
Улыбалось эхо гласным,
таяло во рту.
Арлекин, кудрявый мальчик,
потерял в пыли
/что-то/
скудный сериальчик
не продолжили.
Нет игрушек, нет театра,
тени к стенам льнут:
Прогуляем пары завтра,
сходим на Луну?
Не забуду-буддой-буду-…
Доброе ли утро тянется к тебе,
бороду тумана бреет синевой.
Где твоя пустыня, дворник-скарабей?
Солнечная гречка, есть ли кто живой?
Нету, отвечают, ты куда полез,
никакого Нила дальше Люблина.
Смену в Перекрестке оттрубил Рамзес.
Тихие соседи, тихая война.
Никого под солнцем, никаких обид.
Захотел в Египет — эвона чего!
Племя фараонов никогда…
при памяти плохой такая радость
найти себя волшебником снежинкой
найти в себе подснежник с битым сердцем
затикавшим при поздней перестройке
при памяти плохой — а есть другая? —
и лампа и ламбада и лампасы
на рукавах чернильной олимпийки
счастливой жизнью жил бы без себя
ну не родился не читал с коленок
скажи-ка дядя что там у французов
помпон на…
Мы рождены,
чтоб сказка въелась молью
в старуху-жизнь,
ворсинками пальто
прижалась к шее,
сникла,
обезболив,
да так,
чтоб не завидовал никто.
В такую лють и критики прекрасны.
Зимой прекрасны все, кто нелюбим.
Мы рождены, чтоб счастье сделать частным,
не волшебством, а признаком своим.
Когда морозом город арестован,
и к фонарям лабазников…
Умолкни, созерцатель-интроверт,
прикройся презентацией вчерашней.
Кто свет искал — того на свете нет.
Кто свет искал — тому на свете страшно.
У нас что не иголка, то пейотль.
Кто не талант, тот гения подпасок.
Умолкни, это смерть твоя поёт
из-под чехла словарного запаса.
Как медленно/ как быстро/ как легко
звереныш превратился в зверобоя.
Из-под…
© 2026 Евгения Джен Баранова — При поддержке WordPress
Тема от Anders Noren — Вверх ↑