Рубрика 2010-е

11.11.2013
(Редакция от 05.02.2016)

Так беспомощно грудь холодела,
так беспомощно грудь холодела,
так беспомощно грудь холоде…
Словно ключик, заправленный в тело,
словно пушечный сон корабела,
всё летела душа и летела,
забывая следы на воде.

Тем не менее, я тебе верю,
тем не менее, я в тебя верю,
тем не менее, я тебе вер…
На осколках чудес и…

Поезд одет в пиджак

с вытертыми плечами.

Занавес. Хор. Итак,

я не хочу быть с вами.

Поезд с лицом врача

бьется в туннеля кромку.

Я не хочу—прощать.

Я не хочу —ребенка.

Я не хочу —па-бам! —

верить, лукавить, биться.

Горечь идет к губам.

Гренки идут к горчице.

Строен и бородат,

вы же найдете силы…

Я не хочу страдать.

Разве не…

Съешь этих мягких французских булок.

Съешь, успокойся да выпей чаю.

Видишь — горит подо мной проулок.

Видишь ли, кот по тебе скучает.

С Миллером Генри почти сроднились.

Булочник Петр грозит кредитом.

Каждое утро макаю в известь

чувства мещанского пережиток.

Черт подери — или даже Бог с ним.

Черт бы побрал — да все души гладки.

Вечер.…

Нет дороги длинней,
чем дорога назад.
Паруса
обвисают, как кожа на брюхе голодной собаки.
Нет дороги длинней,
чем дорога.
Любая.
Ты сам
порождение слуха, и слухов, и лишней бумаги.

Засыхающий тополь рассказывал сказки корням,
грелся вечер в желе подозрительно чистого солнца.
Нет дороги длинней,
чем дорога по брошенным дням.
Нет дороги…

белла чао говорили губы белла чао
ваэоби говорили губы ваэоби
лишь душа молчала одичало
лишь душа умалчивала слоги

аллилуйя говорили губы аллилуйя
поцелуй ли говорили губы поцелуем

ничччччччего не говорило тело
и как бабочка
плелось, лилось, летело

и как девочка
врастало в неба обувь

ваэоби говорили губы ваэоби

Ни пагуба, ни олово объятий,
ни терпкая покорность осетра.
Любить тебя, как избранный из братьев,
и как сестра.

Стрелять в тебя, откладывать на старость,
глядеть, галдеть,
предсказывать сюжет.
И понимать, что время не осталось
на чай —
скучать от воплощенных бед.

И родинка, и Родина двурогим
осенним месяцем присела на крыльцо.
Не надо только…

Пойми, мне без разницы, кто кому сколько хлопал.
Я не чувствительна к роду таких потерь.
В сердце моем дремучая спит Европа.
Смольный на проводе.
Киплинг и Робеспьер.

Танго гремит.
«Астория» жжет сигары.
Кокаинетки выпушили носы.
Мне никогда ничего не давалось даром.
Разве что небо в родинках от росы.

Разве что Крым с пещерами и лугами.
Разве…

Иногда начинаешь не о чем говорить.
Вьешься себе, как Вертер, как дождевая нить.
Как расписная дура,
как взбитый чай.
Иногда начинаешь кажется невзначай.

Иногда начинаешь хочется отыскать:
-Бога,
-наивность,
-душу,
-ребро холста.
Поезд. Границу. Деньги.
Печаль до дна.
Находишь
одни глаголы во временах.

Иногда начинаешь думая, что любим.
Целуешь…

И вдруг я поняла, что не нужна.
Не нужен Даль, раз существует wiki.
Не нужен:
Пруст,
и хруст,
и крест зерна.
Не нужен вкус и запах ежевики.

Не знать необходимости во всём,
во всех, ко всем –
на паперти склонений.
Офелии не нужен водоем.
Чукотка не нуждается в оленях.

Молись,
лукавь,
сходи от суеты,
возглавь восстание – хотя бы для игрушек.
Мой…

Мое кольцо ко мне вернулось.
У ивы кожица срослась.
Моя мучительная юность,
Моя решительная страсть.

Из бронзы профилем кошачьим —
на километры затаясь —
между чужим и настоящим
идет невидимая связь.

Идет — сквозь времени портьеры.
Идет — контроллеры круша.
Как неопознанная вера,
идет на цыпочках душа.

Как снег! как выдох осторожный!
как ждет…