Надя Агафонова погибла
для того, чтоб выжил агропром,
эскимо, домашнее повидло,
Брежнев на экране голубом.

Жил-був-щыл — но некому послушать,
тишина над городом гудит.
Расцветают яблони и груши
у чужого дома на груди.