И говорили овцы: «ба! ба! ва!..»
И девочки заслуженно старели.
Росли на гидропонике слова,
Чапаеву мерещился Пелевин.
Мой старый мир, мой дивный старый мир
застрял в зубах початком в молотилке.
Какое лето выдалось! Салгир
так обмелел, что вместится в Салгирку.
Какие вишни! Вырубленный сад.
Мой Треплев переписывает Чайку.
Все хорошо. Никто не виноват.
Обед в обед. Чистейшие лужайки.
Коньяк. Кальян. Коробка курабье.
Веселый старт для быстрого начала.
И говорили овцы: «бе!бе!ве!..»
А я молчала. Плакала. Молчала.
